Бедный Чарли

Несмотря на май месяц, утро было весьма прохладным. Прогуливаясь по берегу с моим белоснежным четвероногим другом по кличке Барон,  я наслаждался видом волн Чёрного моря, которые мягко накрывали друг друга, словно старый продавец на древнем Марокканском базаре трепетно  расстилает перед вами  один на другой слои шёлка тёмно — синего цвета с бирюзовым отливом.

Где — то неподалеку над морем виднелись несколько шумных чаек. Птицы, то  резко опускались на водную гладь, то стремительно взлетали к небу. Барон, тем временем пробежал, покружился вокруг меня и встал на задние лапы,  отвлекая от чаек и намекая на то, что пора играть.

— Прости, дружище, — сказал я, достал из кармана ветровки теннисный мячик и бросил его перед собой так далеко, что стоявшего в томительном ожидании пса, словно ветром сдуло.

Мы неспешно достигли кафе бабы Кати, восьмидесятилетней старушки, которая для своих лет выглядела вполне бодрой и была полной энергии и сил. Ещё  с тех самых давних советских времён, старушка держала у себя в доме небольшую гостиницу и кафе с террасой с видом на море. Не смотря на множество разнообразных ресторанов и кафе, которые появлялись на побережье как грибы после дождя и были готовы баловать посетителей экзотической кухней,  клиентов всегда было больше у бабы Кати. Людям нравилась домашняя кухня этого заведения, приготовленная по самым простым рецептам, с любовью и без всяких а-ля «Мишлен». Готовили у бабы Кати действительно очень вкусно. Один только фирменный бифштекс по рецепту советского «Интуриста» чего только стоил. Не описать словами. Вечерами в кафе яблоку негде было упасть. Повара из соседних заведений только растерянно пожимали плечами.

Мне очень нравилось иногда завтракать за столиком под зонтиком с надписью «Гагры – 91»  на террасе со старым, обшарпанным полом, которому было, наверное, лет пятьдесят. Если не больше. Вся мебель на улице и в доме бабушки Кати была  древней, винтажной, но в очень хорошем состоянии. Нарушал стиль интерьера только большой плазменный телевизор, расположенный на одной из стен дома. Удивительно было то, что, сколько бы я не приходил в это кафе, по телевизору всегда показывали мультфильмы. И как – то  однажды я спросил у официанта, почему по телевизору постоянно показывают только мультфильмы? На что мне было сказано, что телевизор смотрят только малыши, которых приводят сюда родители. Все остальные посетители сделают заказ и сидят, уткнувшись в свои гаджеты. И ведь официант был прав. Таковы реалии, таков современный мир. Наше общение сегодня — это не человек в целом, а некая виртуальность.

Удобно устроившись в кресле, передо  мной  открылся замечательный вид синего моря с ярко-оранжевым солнцем, лучи которого отражались на морской глади. Я развернул зонтик против солнца, ограждая тем  самым себя от тёплых, слепящих лучей, прикурил сигарету,  посмотрел на Барона, который вальяжно развалился у моих ног, зажав между своих больших лап теннисный мячик, жить которому оставалось по большей мере ещё час. Потому что позднее он разорвёт его в клочья и раскидает по берегу, тем самым заставляя меня ворчать и собирать яркие кусочки мячика.

Барон, словно почувствовав мой взгляд с укором, виновато посмотрел на меня, и в его глазах читалось следующее: «Хозяин, не сердись. Мне можно. Я ж дитятко ещё».

Через два стола от меня сидела пожилая пара. Мужчина был одет в белые брюки, серый свитер из — под которого  выглядывал  кипельно — белый воротничок рубашки. На свитере слева гордо сияли несколько медалей.  На его спутнице было лёгкое платье до колен, кремового цвета с длинными рукавами. На голове у дамы была шляпка в тон платью. Меня приятно удивила одна деталь:  на женщине были  белые туфли на низком каблучке. Стильно подобранный образ как бы говорил: «Сколько бы мне не было лет, я всё равно остаюсь женщиной  и каблуки, пусть и не очень высокие – неотъемлемая часть моей жизни». Пожилой мужчина положил свою трость на  пустующий рядом с ним стул и дрожащей от старости рукой, положил два кусочка сахара в чашку своей спутницы, и начал  было размешивать, как пожилая дама своей тонкой, изящной, но уже старческой рукой дала понять, что делать этого не надо. «Виктор, я сама. Благодарю тебя, но я не настолько стара, чтобы не мочь самой, размешать сахар в своей чашке». На что мужчина ласково улыбнулся и, погладив её руку, громко сказал: «Как скажешь, дорогая!» И тут я понял, что у дамы плохо со слухом. Мне было очень приятно наблюдать за людьми, которым удалось пронести трепетное отношение друг к другу через всю жизнь. К сожалению, таких людей с каждым годом остаётся всё меньше и меньше.

Ко мне подошла официантка и прервала мои размышления вопросом о том, готов ли я сделать заказ. Я заказал яичницу, зелень с помидорами, горячий лаваш, зелёный чай и стакан кефира, который  привык выпивать натощак. Записав мой не хитрый заказ, официантка удалилась. Я хотел было продолжить смотреть вдаль и думать о вечном, но моё внимание привлекла дама среднего возраста, которая устроилась рядом за соседним столиком. На руках у неё сидела маленькая собачка, чуть больше теннисного мячика, который был у Барона в пасти. Дама оценивающе оглядела сначала меня, затем мою собаку  и холодно произнесла: «Доброе утро!» Я в свою очередь, широко улыбнувшись, ответил ей тем же. Мне стало интересно, какой породы её маленькая собачонка, но постеснявшись  спросить, я нырнул в планшет и в бескрайних просторах сети по картинкам установил, что это была собачка породы чихуахуа.

— Простите, — обратилась ко мне дама, — сколько лет вашему пёсику и какая это порода?

— Совсем недавно ему исполнился год. Это туркменский волкодав. В простонародье  алабай.

— Какой большой пес! И ему всего лишь год. И сколько же весит ваш алабай? – продолжала интересоваться барышня.

— Когда я взвешивал его последний раз, он весил чуть больше семидесяти килограмм, ну может восемьдесят,  — улыбнувшись, ответил я.

— Подумать только! А рост? Какой у него рост? – не скрывая своего интереса и удивления,  продолжала расспрашивать она.

— Вот этого точно не могу вам сказать. Может сантиметров девяносто. Он ещё щенок. Растёт и формируется. До большой собаки ему ещё как минимум пару лет, — всё так же мягко улыбаясь, ответил я своей любопытной собеседнице.

Мирно дремавший всё это время на руках своей хозяйки чихуахуа, вдруг проснулся, потянулся и, увидев Барона, стал лаять своим тоненьким голоском. Барон в свою очередь лениво поднял голову и посмотрел в сторону, откуда доносился еле слышный лай и, сделав вид, что ничего не произошло, также лениво положил свою голову на лапы, тяжело при этом вздохнув, глядя на свой уже почти разорванный мячик. Представителя декоративной породы такое поведение разозлило, и он стал лаять ещё задорнее и звонче, стараясь привлечь к себе внимание огромного незнакомца.

— Фу, Чарли! Нельзя! – стала лепетать дама, одёргивая свою собачку и стараясь усадить его себе на колени. – А у меня чихуахуа. Очень редкая порода. Вы знаете, за ним нужен целый уход, ничуть не хуже чем за человеком. У Чарли есть свой грумер и диетолог, — гордо сказала дама, поправляя свою фетровую шляпу.- А вы своего, чем кормите? – спросила она, одновременно небрежно давая заказ официанту.

— Просто костями. Иногда он у меня ловит рыбу в море.

— Боже мой! Как же так можно? Кости, рыба в море… И спит наверное в будке, да?  А у него случайно нет блох? – брезгливо произнесла моя собеседница и своим вопросом раззадорила меня.

— Нет, блох у него нет. На нём, если вы успели заметить, надет противоблошинный ошейник. Через день я сам купаю его специальным шампунем под шлангом во дворе. И спит он, разумеется, в будке.

— Под шлангом? Замечательно! Что он сейчас жует? Это теннисный мячик? – округлив свои глаза, спросила дама.

— Вы угадали, — усмехнувшись, ответил я. — Этой забавы ему хватает на час с лишним.

— Это какой-то кошмар, — произнесла дама, — он же грязный.

— Иногда Барон умудряется освободиться из ошейника и погонять по двору рабочих, которые сейчас работают у меня на участке, а те в свою очередь умудряются даже на дерево залезть от страха, хотя прекрасно знают, что он никогда не укусит и не причинит вреда, он же щенок ещё. Барон отбирает у них тапки, и играет с ними, раскидывая по всему двору. Тогда приходится вмешиваться мне и ругать  его. Он сразу прекращает своё баловство и, опустив свои глаза, с невинным видом отправляется  в будку.

 

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

Реклама

Бедный Чарли: Один комментарий

Добавить комментарий

Please log in using one of these methods to post your comment:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s