В самом конце длинного больничного коридора у окна в казенном, теплом халате стоял мужчина. Рядом с ним укутавшись в такой же халат, стояла женщина в светлом платке на голове. Они безмолвно смотрели сквозь больничное окно, за которым шел сильный дождь. Первым тишину прервал он:

— Скажи, чего бы ты сейчас хотела больше всего на свете?

— Знаешь, мне очень запомнился один день из моего детства. Стояла ранняя осень. Мне было, наверное, лет шесть. Мы с мамой откуда-то шли домой. На мне было надето красное пальтишко в клеточку, на голове бежевая косынка, из-под которой виднелась моя светло – русая коса до плеч. На ногах были крохотные красные ботиночки.  Я шла рядом с мамой, крепко держа ее за руку. Уже вечерело. Вдруг прямо к моим ногам упал большой, кленовый лист, который порывистый ветер сорвал с дерева. Я остановилась, молча, подняла его и, держа в руке,понесла домой. Вот вроде бы ничего особенного, но эти воспоминания почему — то греют мне душу, среди этих холодных больничных стен. Прошло так много  лет, а на мне почти такой же платок, только вот уже нет косы… Да и вообще волос  нет. Как бы я хотела вернуться назад в тот день из своего детства!Очень хотела бы… Но к  сожалению, это не возможно…

— Возможно!  Неважно, что нет путей к прошлому, важно, что есть на сердце, и что есть мы, а если есть мы, то и есть наши воспоминания! А если есть наши теплые воспоминания, значит, мы еще живы. И потом, сейчас как раз осень пойдем на улицу!  Я соберу для тебя много листьев клена… И буду держать тебя за руки…

— Но, Петр!  Постой, ты ведь только после процедуры…

-А мы аккуратно Венера, потихоньку, словно школьники сбегают с уроков…

— Ты такой смешной! Ты самый лучший! Жаль, что мы встретились при таких обстоятельс…

— Стоп! Венера! Не надо этих грустных слов.  Просто следуй за мной. Крепко держи меня за руку и следуй за мной…слышишь…

 

 

ДЕНЬ ШЕСТОЙ. «VITA NOSTRA EST SAEPE REFLEXIONEM FATUM FLORES».

Наша жизнь зачастую похожа на жизнь цветов.

Здравствуй. Вот и снова пришло время поговорить со всей откровенностью и рассказать тебе о том, что у меня на душе. Прости  за то, что я чаще стала тебя беспокоить. Ведь только с тобой я настоящая и нахожу некий покой на душе.

В моей жизни сейчас не самый лучший период и не так уж всё благополучно, как это может казаться  со стороны. На своих страничках в соцсетях мы всё ещё улыбаемся с Сашей, обнимая друг друга. На самом же деле всё совсем иначе… Поэтому время от времени я обращаюсь к тебе на белых листках своего дневника, так как знаю, что ты всегда выслушаешь меня и поддержишь в любой ситуации. По крайней мере, я хочу так думать, а это немаловажно для меня.

Я стала за собой замечать, что с каждым днём  из весёлой, общительной и жизнерадостной, всегда открытой к общению, всё больше становлюсь интровертом. Я считаю человеческое общение одним из важных составляющих жизни каждого. Без него никак не обойтись. Хотя, поняла, что не всегда есть возможность найти того самого, нужного тебе общения ради которого ты поменяешь свой маршрут, не избегая ненужной реальности.

Ты, наверное, знаешь, существуют такие особы  вроде меня, которые стараются придумать для себя несуществующий мир, посредством которого стараются успокоить себя. С одной стороны это не правильно. Это самообман, разрушающий существующую реальность, а с другой стороны, без веры в лучшее, без веры в себя человеческий род давно бы вымер. Вот  и я верю в тебя. Наверное, ты удивлён тому, что я так зафилософствовалась? Всё очень просто и причина моей боли – это невостребованность меня, как человека, как личность, как чью-то энергию. В этом, наверное, и есть трагедия одиночества человеческой души. Нет-нет, я не жалуюсь, ты не думай.  У меня есть как минимум два человека на этой обетованной земле, которые ежедневно нуждаются во мне  — это моя мама и дочь. Но как женщина, я думаю, имею право любить и жить в сердце любимого человека. Каждый день я наблюдаю  за людьми, которые любят друг друга, заботятся друг о друге и с трепетом относятся к тем, кого выбрало их сердце. Я вижу всё это проявление любви и ласки и начинаю увядать, словно цветок, которому не хватает солнечных лучей. Это не зависть. Нет. Это тоска. Тоска оттого, что я знаю, как это прекрасно быть  любимой кем-то, но не могу этого познать. В моей  супружеской жизни любовь и трепетное отношение были не долгими, и ты это прекрасно знаешь. В какой-то момент садовник оказался безразличным к своему цветку, потерял интерес и предательски стал ухаживать за новыми, свежими бутонами. Жизнь женщины – это жизнь прекрасного цветка. И как не крути, она так же, как начинающий свой путь со своей историей со своей судьбой не похожей не на чей бутон, затем превращается в красивый цветок и в конце природа всё равно берёт своё, оставляя  лишь воспоминания. Но не с каждой так. Есть мужчины, которые с каждым годом любят свой цветок ещё сильнее. Правда в том, для кого-то  цветок – это целая Вселенная, а не просто красота, со временем превращающаяся в гербарий.

Уверена, каждая знает, что такое, когда однажды ты понимаешь, что настанет тот день, когда то самое предательство стоит на пороге твоего дома и стучит в твою дверь со словами: «Открывай Венера. Это неизбежность». Я не первая, кого предал супруг. Многих предают, от многих уходят и, наверное, люди уже привыкли к этому и перестали хоть как-то бороться. Так как всё равно неизбежность приходит из неизвестности… Я разошлась, прости…

Так вот, в тот вечер, о котором я хочу тебе рассказать, всё было как обычно. Саша поздно вернулся домой. Я сидела  на кухне и читала в интернете о пользе свекольного сока, а что еще могут читать дамы почти бальзаковского возраста, только и темы подобного рода, всякие соки, всякие маски, да все, что касаемо хоть малейшего шанса на омоложения, таковы мы женщины.  Услышав, как ключ отпирает дверной замок, я вышла в коридор. Ещё минута и Саша стоял на пороге квартиры. По его лицу было понятно, что на диалог он не настроен и душевных бесед за ужином  сегодня тоже не будет. Хотя в последнее время у меня накопилось столько всего, чего я хотела бы с ним вместе обсудить, посмеяться, да и просто побыть с ним и понять что это всё моё, и услышать от него: «Как прошел твой день, любимая? Какие новости?»  Я подошла и поцеловала его в щёку. Он ответил тем же и суетливо стал снимать верхнюю одежду.  Затем пошёл в ванную. Его не было минут пятнадцать. После чего он вышел и направился сразу в спальню. Я спросила, будет ли он ужинать, на что получила ответ: «Я поужинал с одним товарищем. Спасибо». И через минут десять развалившись на кровати, он спал сном младенца. Вот и весь вечер полных ожиданий!  Стараясь объяснить для себя  поведение супруга банальной усталостью, я не стала заострять на этом внимание, вернулась на кухню, выключила свет, снова пошла в спальню и легла на кровать рядом. Сон не шёл. Я ворочалась со стороны в сторону. Через полчаса мучений  решила встать и выпить молока.  Проходя мимо кресла, на котором были небрежно разбросаны Сашины вещи, я остановилась и, взяв со шкафа вешалку, хотела повесить рубашку, как в кармане брюк зазвонил телефон. Кто-то прислал сообщение. Глубоко в душе, я понимала, что сейчас самое лучшее это пройти туда, куда я собиралась идти несколько минут назад, не обращая внимания на телефон. Но женское любопытство и пытливость взяли надо мной верх, и я достала телефон из кармана. Когда-то, очень давно мы с Сашей договорились о том, что будем доверять друг другу всегда и во всём и с той поры ни на ноутбуке, ни на наших телефонах не стоит никаких паролей. Поэтому проведя по дисплею пальцем вправо, вся личная жизнь моего супруга стала моим достоянием. Так вот, писала «Лена коллега»: «Милый, вчерашний вечер был незабываемым. Спасибо за шикарный букет моих любимых  бардовых роз и за божественный ужин. Сегодня  с самого утра я ходила сама не своя от счастья, весь день улыбалась коллегам, даже купила к чаю тортик. Спасибо тебе за любовь! Я очень счастлива!». Я стояла и смотрела на дисплей. Первой мыслью было: «Она счастлива! Она счастлива с моим Сашкой!», «Так, стоп. Не надо Венера, возьми себя в руки. Ну и прочла я сообщение и что дальше?» С горяча мне захотелось  немедленно разбудить Сашу,  потребовать объяснений, ответов на свои вопросы, надавать пощечин , устроить скандал, кричать, всё  швырять… Но ведь я же не такая…Этого не может быть. Это бред…Бред…Бред…

Мгновенно я вспомнила наш с мамой недавний разговор про любовницу отца, и я подумала: «А может как мама –  найти её, эту «Лену коллегу» и в  салат лицом?» Но немного погодя коктейль чувств из паники, обиды и злости перестал действовать, и я стала успокаиваться. Ведь Саша – это не мой отец, да и времена тогда были другие. Если папа вернулся в семью, потому что для него  мы с мамой  были  самым дорогим, что было в его жизни, то Саша, если уйдёт, то навсегда.  Больше всего мне  было страшно за дочь, за то, как она воспримет такой удар. Настя очень любит своего отца. Хотя возможно, она, так же как и я в своё время, найдёт для него оправдание. Я же не осуждаю своего папу, ещё и защищать стараюсь. Даже после его смерти.

Бросив телефон в кресло, я вернулась в комнату и села на  кровать. Желание выпить молока, отпало само по себе. Я сидела на кровати с закрытыми глазами и пыталась принять то, что у моего мужа есть другая женщина. На самом деле это больно… Позднее я легла и до самого утра смотрела в потолок.  Мысли о любовнице сменили мысли о самой себе, о том, что будет со мной. Я пришла к мнению, что мир не виноват в том, что я держусь за того, кто мне изменяет. Значит, мне нужно или принять факт измены, смириться с этим и продолжать жить дальше или же нам придётся разойтись.

Рано утром следующего дня я готовила на кухне завтрак. Саша проснулся и конечно, он понял, что я видела сообщение, которое пришло ночью, потому что телефон  я положила на кресло, а не в карман брюк. Мне он ничего не сказал, и наспех одеваясь, уже собирался выходить.

Я прошла в коридор и спросила его, будет ли он завтракать, на что он ответил, что перехватит чего-нибудь по дороге. Тогда я попросила его прийти сегодня домой  часам к шести. Саша  буркнул  еле слышно: «Постараюсь» и вышел за дверь.

Весь день на работе я только и думала о своей сопернице. О женщине, которая крадёт у меня любовь моего супруга. Мне было интересно, кем она работает, как она выглядит, какая она. Потом я думала о Саше, о том, где же я оступилась, что дало толчок тому, чтобы он искал ласки на стороне. Видит Бог! Видит Бог, я всячески старалась сохранить наш брак. Наверное, это кризис? Ведь такое бывает и нам его нужно просто пережить? Уйдёт ли Саша к ней? Или мне всё-таки удастся вразумить его? Мысли роем кружились в моей голове, перебивая одна другую. С одной стороны, мне хотелось послать всё к чёртовой матери и даже не церемониться, потому как это предательство, а оно в любом виде вещь малоприятная. А с другой стороны, у меня был пример моего отца, который понял свой проступок и попросил прощения у моей мамы, а мама ведь предательство простила… Мама смогла, а я, по-моему, не смогу…

Каждая из нас ищет себе избранника, похожего на своего отца, но поиски не каждой заканчиваются благополучно. Видимо,  мой случай был неудачным.

Я отпросилась у руководства сегодня пораньше, пришла домой и накрыла на стол. Настёну после занятий с репетитором забрала племянница. На часах было без малого шесть часов вечера, и я стала ждать прихода своего супруга. Примерно минут пятнадцать седьмого раздался телефонный звонок. Это был Саша. Совершенно спокойным, ровным тоном он сказал: «Венера, я сегодня не приду. Прости», — и в трубке послышались короткие гудки. Я была вне себя от злости и стала перезванивать ему, но телефон был выключен. Всё к этому и шло.

На этом  сегодня я закончу. Каждая, даже самая сильная женщина, иногда становится слабой… И мне очень больно писать об этом…

Спасибо тебе, мой собеседник, моё прошлое…

ВТОРНИК.

21  МАРТА 2017 ГОДА

ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ.

© ИСКАНДЕР МУРАТОВ.

 

 

ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ. ХРОНИКА. ДЕНЬ ПЯТЫЙ НОТКИ «ИСПАХАНА».

ДЕНЬ ПЯТЫЙ
НОТКИ «ИСПАХАНА».

Здравствуй. Снова я. Сегодня был очень необычный для меня день. Мы с Анастасией ездили за город навестить маму. Она стала совсем старенькой и уже с трудом передвигается сама. Поэтому мне пришлось пару лет назад, после смерти отца нанять сиделку — Елену Николаевну, которая в прошлом была медсестрой. Маме она очень нравится, и они неплохо ладят. Как ни позвоню, они всё время что – то бурно обсуждают, о чём – то спорят, даже ссорятся иногда, но потом быстро мирятся. Для меня Елена Николаевна – настоящее спасение. Я спокойна, что рядом с мамой есть человек, и дни напролёт она не сидит в доме одна.
Приехав в посёлок сегодня, мы никого не застали в доме. Я подумала, что мама и сиделка могут быть на огороде, но и там никого не оказалось. Тогда мы пошли в сторону сарая и увидели следующую картину: мама, опираясь на палочку, стояла у входа, а Елена Николаевна находилась внутри на передвижной лестнице и перебирала какие-то коробки со старьём. Она доставала их с полок, просматривала и ставила на место. Мы незаметно подошли поближе к двери сарая, чтобы послушать их очередной забавный диалог. «Лен, давай-ка вон ту, самую дальнюю достань. Сколько лет я не ведала, что там в ней. Это ещё покойный Марк Георгиевич, отец Венеры её туда запрятал». Елена Николаевна кряхтя, стала забираться на одну ступень повыше со словами: «Между прочим, Наталья Александровна, я всего лишь на несколько лет моложе вас буду. Мне уже за шестьдесят, а вы меня по дальним углам вашей кладовки путешествовать заставляете», — отвечала Елена Николаевна маме.
«Не ворчи, Леночка! Ты ж как девушка ещё бодрая и свеженькая. Не галди», — говорила мама сиделке.
«Вот навернусь с лестницы, не дай бог, и «коньки отброшу» в этой кладовой среди вашего добра. И смерть — то моя будет на вашей душеньке. Не бережёте вы меня совсем, Наталья Александровна», — продолжала причитать женщина.
«Чего это ты удумала? Нечего мне тут «коньки отбрасывать»! Дома у себя, в окружении детей и внуков своих, в старости глубокой и помирай. Это лучшая заслуга судьбы. А вообще, Леночка, знаешь, пословица такая есть: «Кто часто говорит, что умирает, тот долго живёт». Так что не бубни, милая», — произнесла мама. Слова помощницы явно начинали выводить её из себя.
«Эх, Наталья Александровна, если бы так! Я тогда бы не стояла на лестнице в вашем сарае и не перебирала бы ваше барахло. Но я с достоинством приняла от своей судьбы этот удар под конец жизни».
И тут я поняла, что сейчас самое время вмешаться и помочь бедной Елене Николаевне. Лестница была старая и неустойчивая, ещё не выдержит и развалится прямо под бедной женщиной.
— Здравствуйте, девочки! – сказала я, заходя в сарай вместе с дочерью. Настя стала обнимать бабушку, а я, поцеловав маму в щёку, пошла в сторону сиделки.
— О! Москвичи мои приехали! Как чудесно! Мы как знали, драников и беляшей нажарили, — сказала мама, обнимая Настёну.
— Кто это «мы»? – вмешалась Елена Николаевна. – Здравствуй, Венерочка.
— Боже правый! Ну ладно, Елена Николаевна наготовила. Так уж и быть, — улыбаясь, шутливо сказала мама.
— Конечно я! А вы в это время за игрой своего «Спартака» наблюдали. На молодых парней в красных футболках зубоскалили! – серьёзным тоном сказала сиделка, немного спустившись вниз.
— Камни в огород «Спартака» кидать не позволю! Хм… Вот ты тоже сказанёшь. Да кто ж зубоскалил-то? Завидуешь что-ли? – возразила мама на полном серьёзе.
— Ой, ли! Чему завидовать-то? Я уж всю зависть давно пережила, — ответила сиделка.
— Ну и дура ты! Я про футбол, а ты всё про шуры-муры. Седьмой десяток, а всё туда же. Да и вообще, для чего глаза-то? Отводить их что — ли?
— Ох, и ловко вы увернулись, Наталья Санна! – ответила сиделка. И обе женщины ухмыльнулись, улыбнувшись друг другу в знак примирения. Я тем временем, вплотную подошла к лестнице и помогла Елене Николаевна спуститься. Как только лестница освободилась, я поднялась и достала самую дальнюю коробку, за которой лезла на полку сиделка.
— Мам, а здесь какие-то книги и фотографии, — сказала я, копаясь в коробке и стараясь не вдыхать поток пыли, который поднялся с полки.
— Давай спускай. Сейчас посмотрим, что там за фотографии и книги. Эта коробка стоит на полке уже о-го-го сколько лет. Я и знать не знаю, что в ней может быть. Надеюсь, твой отец не запрятал туда среди наших фотографий фотокарточку своей Шурочки, — произнесла мама.
— Мам, ну ты чего? Какая ещё Шурочка? Настю постесняйся. Папа не был таким. Он был верен тебе, — не скрывая своего недовольства мамиными словами, сказала я.
— Да ладно. Жизнь — не всегда прямая и ровная дорога. Бывают и кочки. Была у него на кафедре молодая аспирантка Шурочка – снегурочка, — с некоторой ухмылкой произнесла мама. – А Настасья, что? Она уже большая. Всё понимает, — сказала мама, обнимая внучку за плечи.
— Не было у отца никого.Папа так до конца своих дней и не признал, между прочим, твоих подозрений, — воспротивилась я, защищая память об отце.
— Милая моя! Это тебе он так говорил. Ты же его дочь. А я-то снегурку эту на новогоднем застолье у них на кафедре, в восемьдесят седьмом году в салатик головой хрясь! И всё! Снегурка сама отлипла от твоего отца. Конечно, был жуткий скандал, но это уже было не важно. Я показала место этой толстозадой и вот этой вот, — сказала мама, делая фигушку на левой руке, приставив её к груди.
— На-а-та-а-алья Санна! – удивлённо произнесла Елена Николаевна. – Милочка, не уж то вы могли такое? Хотя, чего мне удивляться! Вы и сейчас бабушка-одуванчик с сюрпризами. Бывает, смотрит телевизор и как выругается на кого-нибудь оттуда, хоть стой хоть падай, — сказала Елена Николаевна, глядя на меня с улыбкой.
— А то! Наташка в молодости дурой не была! Снегурка получила по заслугам! Не рушить же мне было семью созданную по крупицам из-за какой — то там…И при чем здесь мой «культурный моветон»? Все мы люди земные. Я выросла в годы послевоенной Москвы среди шпаны, которая донашивала ботинки после своих старших братьев. Если у кого трудности или беда случалась, то всем двором помогали. Времена были простые в человеческом отношении, интим не обсуждался, потому что, это было слишком личной темой. А сейчас что? Иногда по телевизору в очередном шоу показывают мужика, который спокойно говорит, что они с супругой пригласили ещё одного мужчину — партнёра в свою постель. Видите ли, якобы для разнообразия от скучной жизни и для сохранения брака. Тьфу! Какое это сохранение брака? Это болезнь! Долго они не протянут в таком браке. Это как пить дать! Просто детей жалко без полноценной семьи вырастут. Вот как тут не ругаться, а? Или я слишком стара для этого, не пойму. Ох, и меняется мир, меняется…Сейчас гляди, — сказала мама, переводя тему и указывая на меня взглядом, — руки твои не выдержат, и уронишь коробку аккурат Елене Николаевне на голову. Она как раз мечтает «откинуть коньки» у нас в сарае, — рассмеялась мама.
Осторожно спустившись на две ступени, я передала коробку сиделке. И тут мой взгляд упал на чёрно-синюю упаковку, очень похожую на коробочку от духов. Я потянулась и ухватила её из коробки со старьём. Да, это были «Испахан» от Ив Роше. Те самые духи, которые ты мне дарил в далёкие годы нашей юности. Сколько лет прошло с тех пор! Каким образом эта коробочка с пустым флакончиком сохранилась у нас в сарае?
Мама с Настей и Еленой Николаевной, не говоря ни слова, вышли и пошли в сторону дома. Елена Николаевна одной рукой поддерживала маму под руку, а в другой несла коробку, которую я только что достала с полки.
Я осталась стоять на лестнице, смотрела им в след и благодарила Бога за то, что он одарил маму долголетием. А такой прямолинейной, смелой и мудрой женщиной она была всегда.
Спустившись с лестницы через мгновенье, я подошла к двери и прикрыла её. Затем присела на табурет, на котором любил сидеть папа и в свободное время вырезать из дерева забавных человечков.
Я открыла коробочку и достала чёрный флакон с тёмно — синим отливом и с золотистой надписью. Пузырёк был очень похож на гордую женщину, которая скрестила свои руки на груди. Сняв с флакона крышечку, похожую на женскую шляпку, я снова ощутила нежное, благородное благоухание обольстительного восточного аромата, сочетающего в себе нотки мускатного ореха, восточного жасмина, цветка иланг-иланга и аромат бергамота с мандариновой цедрой.
Мысленно этот запах перенёс меня на старинные сине-белые улочки, укутанные тёмными ночами Марокко. Но самое главное, этот парфюм напомнил мне о тебе. Вспомнилась твоя широкая, крепкая грудь, прижимаясь к которой я растворялась в тебе вся без остатка. Как сейчас помню твои слова: «Эти духи – хит восьмидесятых. Я почему — то подумал, что тебе они должны понравиться». И ты оказался прав! Я влюбилась в аромат этих волшебных, в прямом смысле, духов. Я говорю о том, что они были сказочные, абсолютно серьёзно. Их притягательный шлейф по — разному раскрывался в разное время года. К примеру, в дождливую погоду они пахли невероятной свежестью, а когда было жарко, они раскрывались своей манящей прохладой Атлантического океана вблизи Касабланки. Этот запах я не забуду никогда. Ты знаешь, мы женщины, иногда предпочитаем бегство от своего прошлого, но подобно кошкам, способны в толпе почувствовать родной запах из того самого прошлого.Как же я хочу остановить время и эту толпу, найти тебя в ней и уткнуться своим носиком в твою шею и на мгновение вернуться туда, где мы были счастливы…Но, я прекрасно понимаю, что это не возможно! Потому что, если бы мы могли вернуться туда, в прошлое, то мир бы рухнул.
Всё! Извини! Я больше не могу!Чем дольше открыт этот флакон, тем сильнее ты затягиваешь меня в неизвестность. Ещё раз вдохнув сохранившийся аромат, я закрыла крышку и улыбнулась своим воспоминаниям. Обернувшись назад я увидела маму, которая как позднее выяснилось, вернулась за мной и всё это время, молча стояла в дверях. Она медленно подошла ко мне, прижала мою голову к своей груди и сказала:
— Ты же с ночевкой, Венер?
Прижимаясь к маме и ощущая её тепло, я почувствовала запах своего детства и на мои глаза навернулись слёзы.Но мне не хотелось расстраивать её своим настроением, и быстро придя в себя, я ответила:
— Да, я до понедельника побуду с тобой.
Но мать всегда чувствует всё как есть, такова природа. Она нежно повернула к себе моё лицо и сказала:
-Я знаю в твоей семье сейчас нелёгкие времена. Каждый ищет свой угол. Но это все временно. Давай вставай. Пойдем в дом. Я настоечки тебе брусничной налью, курочку запечём до хрустящей корочки, как ты любишь. Посидим, полялякаем по – девичьи.
— Конечно, пойдем, — ответила я, тяжело вздыхая, и аккуратно положив духи в коробочку, убрала их во внутренний карман своей сумочки.
— Забираешь своё прошлое?
— Забираю, мам. Спустя много лет я понимаю, что для меня оно бесценно и этот флакончик я всегда буду носить с собой.
— Смотри, не разбей его, а то порежешься об осколки. Прошлое временами больно ранит.
— Нет, прошлое не разбивается на осколки. Она либо живёт в твоём сердце, либо её вовсе не существует. Остальное – катарсис от самозабвения чувств, или самообман, — ответила я и вместе с мамой мы вышли из сарая, и пошли в дом. Я шла рядом с мамой, крепко обнимая её маленькие хрупкие плечи. Так было уютнее.
Люблю. Венера.

ВТОРНИК.
7 МАРТА 2017 ГОДА
Астахов закрыл дневник, положил его обратно в стол. Встал, подошёл к окну и закурил. Он смотрел в ночную мглу на падающие мартовские снежинки под тусклым освещением одинокого фонаря. Не докурив сигареты, он затушил её в тяжёлой свинцовой пепельнице. Надел колпак, застегнул халат и вышел в коридор. В конце коридора за столом, под тусклым освещением настольной лампы сидели и пили чай несколько ночных дежурных медсестёр. Увидев Астахова, Дарина, встала и спешно направилась к нему на встречу.
— Обход? – обратилась она, подойдя к врачу поближе.
— Нет. Обход чуть позже. Дарина, сходите к медсестре из приёмного покоя и возьмите сумочку Венеры Зиминой. В ней должен быть флакончик духов. Черная а может и тёмно — синяя бутылочка с надписью «ИСПАХАН». Принесите мне. Скажите, что под мою ответственность. А я пока пойду, проведаю её. Как она себя чувствует? – произнёс Астахов, медленно уходя по коридору.
— Состояние больной стабильное. Но она ещё не совсем отошла от наркоза. Сейчас она спит, — ответила медсестра, шагая по коридору рядом с врачом.
— Хорошо, идите. Сделайте то, о чём я просил. Я жду, — сказал он, останавливаясь у дверей реанимации. Старшая медсестра тем временем, хоть и была удивлена необычным поручением врача, но всё же незамедлительно побежала в приёмный покой в общий сейф, в котором хранились вещи пациентов. Она знала, что Астахов, прежде всего, был хорошим психологом и манипулятором по отношению к больным, а уже потом профессиональным хирургом. Он прекрасно знал что, что пациент это наука, изучая которую надо в первую очередь смотреть не на историю самой болезни, а на причины, повлиявшие на появление и развитие этих клеток. Бывало и такое, что во время сложнейшей операции он мог распорядиться включить на всю громкость музыку в стиле рок. Начиная с песен таких групп как: «DEEP PURPLE», «LED ZEPPELIN», «AEROSMITH».Но под конец операции всегда звучала «SWEET DREAMS» группы «Eurythmics». Музыка гремела на всю больницу, но этому никто не мог воспротивиться,потому, как в первую очередь персонал оценивал его качества, как отлично знающего своё дело врача, психолога, хирурга и поэтому руководство прощало Астахову его необычные выходки. Важен был в первую очередь положительный результат. Но когда он оперировал Зимину, музыку включать почему то он не стал. Это значило, что хирург сомневается в положительном исходе операции, но, тем не менее, он взялся оперировать опухоль в области груди.
Он достал из кармана коробочку с новыми бахилами, надел их поверх своих тапочек и шагнул в реанимационный блок.
В прохладной комнате, на первой койке слева под кислородной маской лежала Венера. Он взял стул и присел рядом с койкой, посмотрел на её плотно закрытые глаза, очертания губ. Минуты три он просто молча смотрел.
В это время дверь реанимационной комнаты открылась и вошла Дарина. Она передала коробочку духов врачу и полушепотом сказала, что, не смотря на то, что посторонние предметы здесь запрещены, она протёрла коробочку и флакон хлорным раствором. Врач взял духи и в полголоса произнёс: «Вы можете идти. Спасибо». После того, как медсестра вышла из реанимации, он открыл коробочку, достал из неё пустой флакончик и положил его под ладонь спавшей больной и, не смотря на её состояние в полудреме, он стал говорить вслух:
— Насколько мне известно, это принадлежит вам. По вашим словам, прошлое должно всегда быть рядом с вами. И оно рядом, под рукой. Я читаю ваш дневник. Сразу прошу прощения, не смог удержаться. За сегодняшний день я прочёл пять записей, сделанных вами и мне очень интересен ход ваших мыслей. Я не знаю, кто этот мужчина, о котором вы пишите, но явно он занимает не последнее место в вашем сердце. Конечно, было бы замечательно, если бы он был сейчас рядом. Это пошло бы вам на пользу и ускорило бы ваше выздоровление. Я хочу дочитать ваши рассказы за сегодняшнюю ночь. После обхода снова встречусь с вами на страницах вашего дневника. Выздоравливайте! — сказал доктор и вышел из реанимационного блока.
В коридоре собрались врачи и были готовы начать обход. Позднее к нему подошла Дарина и спросила:
— Данила Константинович, как вы думаете, Зимина оклемается?
— Обязательно! Я конечно не Бог, но всё же… Не в этом суть! Она хочет жить, а самое главное — умеет мечтать!

ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ.
© ИСКАНДЕР МУРАТОВ.

ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ. ХРОНИКА. ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ. «ФЕВРАЛЬ УЛЫБАЛСЯ МНЕ…»

ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ.
ФЕВРАЛЬ УЛЫБАЛСЯ МНЕ…
_____________________________________
12 июня 2017 г.
По ночному коридору больницы почти бесшумно шла высокая, худощавая, средних лет, статная блондинка, небрежно размахивая из стороны в сторону снятым с головы колпачком. Открыв дверь дежурного хирурга Астапова Данилы Константиновича, она вальяжно вошла, словно к себе домой, демонстративно села напротив и, переложив ногу на ногу, лениво произнесла:
— Устала я. Скорее бы уже утро. За всю смену только один наркоз и то твой… Конечно это хорошо, чем меньше больных, тем лучше и больше времени на себя, — ухмыльнулась врач анестезиолог. Мужчина никак не отреагировал на слова девушки. Он был всецело увлечён чтением какой-то тоненькой книжечки, похожей на дневник.
— Ага, — произнёс он, наконец, отводя взгляд от книжки на врача-анестезиолога.
— Слушай, Данила. Хватит. Ну что ты читаешь? Отложи уже… Ну я же к тебе в гости зашла. А ты ноль внимания, — взмолилась девушка.
— Я читаю дневник нашей пациентки, которую я сегодня про оперировал, Венеры, — ответил мужчина, глядя на врача и закрывая дневник, отложил его в ящик стола.
— Дневник? Ну, надо же! А что это она, сама тебе его отдала? – удивлённо спросила девушка.
— Она держала его до начала операции при себе. Прямо до самого операционного стола. Так как её никто не сопровождал, дневник пришлось взять мне. Понимаю, это не красиво читать чужие записи, но я не удержался… И потом, она моя пациентка. Я имею право знать про неё немного больше чем положено. Знаешь, Татьяна, сегодня многие выбирают для себя одиночество, следуя новомодным тенденциям. Но ведь это всё временно. До первой фрустрации. Затем комфорт сменяется обвинением тех, кто счастлив по- настоящему.
— Это ты прочитал её дневник и сделал такие выводы? – игриво спросила Татьяна.
— В её случае как раз таки всё наоборот. Её одиночество — вынужденное. Бедная, всё с надеждой смотрела на дверь операционной. Ждала видимо, что вот-вот и придёт супруг или кто-то из родственников. Я так и не понял, почему никто не пришёл ни до операции, ни после неё. Перед началом она дала мне бумажку, на которой был указан адрес какого-то городка на Севере. Так вот она попросила меня, если вдруг операция пройдёт неудачно, и она больше не встанет, чтобы я отправил дневник по тому адресу почтой. Потом она вроде как засомневалась и сказала, что лучше будет, если я его просто сожгу.
— Ничего не пойму, Данила, ведь операция прошла успешно?
— В целом всё прошло нормально, но сейчас ещё рано о чём-то говорить. Я постарался устранить объем опухолевой ткани и остановил перемещение в соседние области всех раковых клеток. Но, может быть, возьму повторно на операцию поздней осенью. Если конечно результат не будет положительным. Процесс предотвращения путем химиотерапии, лучевой, таргетной, гормональной терапии не был пройден вообще со стороны пациентки.
— Ладно, Данила Константинович, читайте дальше ваш дневник, а я пойду к Нинке в регистратуру. Ночь у нас долгая, так хоть чайку попью, — поднимаясь со стула, немного разочарованно произнесла Татьяна.
— Идите, Татьяна Алексеевна, а я дочитаю чужие мысли, — ответил врач.
-Интересно читать? – остановившись у двери, спросила коллега Астахова.
— В дневнике не столько размышления, а воспоминания о каком-то мужчине и всё что с ним связано. Складывается такое мнение, что она пишет как бы ведя диалог сама с собой, представляя того самого мужчину и отвечая от его имени. И чем дальше читаешь, тем больше она раскрывается с разных сторон. В каждом повествовании она совершенно другая. Вот что интересно, а не то, что стали известны чьи-то подробности личной жизни.
— Может у неё раздвоение личности? Шизофрения?
— Бога ради, Таня, ну что такое ты говоришь? Каждая женщина имеет свой вымышленный мир. Ведь на то она и женщина! Покажи мне самую сильную женщину, и я покажу тебе её слабые стороны. К примеру, улыбка женщины может быть равносильна душевной боли. Если женщина улыбается, это ещё не значит, что у неё всё хорошо. Кстати, ты не в курсе, может все таки муж приходил к ней?
— К тебе, как к врачу, который её оперировал, кто-нибудь обратился?
— Нет, никого не было.
— Значит никто не приходил. Кстати, я слышала она сама все расходы оплатила. Ленка из бухгалтерии рассказала.
Девушка вышла за дверь, а мужчина снова раскрыл дневник и продолжил чтение.
ДЕНЬ ЧЕТВЕРТЫЙ.
ФЕВРАЛЬ УЛЫБАЛСЯ МНЕ…
— Привет. Как ты поживаешь? Как твоё здоровье? Как твои успехи? Вот и снова наступил очередной вторник, и я могу написать тебе несколько строчек. Мне очень тебя не хватает. Я соскучилась… Интересно, кому ты сейчас улыбаешься? Я немного захворала. У меня есть особенность, если ты ещё помнишь, зимой именно в феврале я буду не я, если не простужусь. И дело даже не в том, тепло ли я одета, тёплая ли на мне обувь, это моя личная традиция с условной договорённостью с матушкой зимой: один раз за зиму мне необходимо переболеть. Иначе зима не зима. Но в этом году эта традиция напомнила о себе уж очень основательно.
Вот уже на протяжении недели я лежу пластом с температурой под тридцать девять. Всё моё тело разбито. Невероятная слабость. Я чувствую себя совершенно опустошённой и кажется, что это видно даже по моим глазам. Весь день я лежу в своей спальне одна и только под вечер встаю с горем пополам приготовить ужин и завтрак для домашних, чтобы не подниматься рано утром. К домашним выхожу в марлевой повязке, чтобы не заразить их. Ультиматум-таки.
Сашка с раннего утра до позднего вечера пропадает на работе. Настёна до обеда в школе, потом к репетиторам. Приходит домой и сразу в свою комнату. Я весь день остаюсь один на один со своими мыслями. Только Апельсин, по-моему, рад, что я заболела и нахожусь дома. Потому что он не отходит от меня ни на шаг и целыми днями спит на кровати у меня в ногах. Ему не страшны никакие вирусы и простуды.
Если бы ты сейчас был рядом, то натёр бы мне спину эвкалиптовым маслом и заботливо укрыл бы меня одеялом, а потом сел на стульчик рядом и стал бы рассказывать смешные истории из своей жизни. Помнишь? Как в дни нашей юности, когда я болела… Мне очень нравились твои забавные истории. Особенно о том, как ты служил поваром на судне.
Я хохотала так, что спавшая температура снова поднималась, и ты шёл на кухню, чтобы ещё раз смочить полотенце в холодной воде, возвращался и аккуратно клал его мне на горячий лоб.
Те времена никогда уже не вернутся. Реки не текут назад. Может мой удел—одиночество? Ну, бывает же в жизни так, вроде есть семья, муж, ребёнок, подруги, а в душе ты всё равно чувствуешь себя одинокой. В моём доме каждый занят своим делом и живёт своей жизнью. Конечно, домашние переживают за то, что я заболела, но ни Саша, ни Настя не имеют желания проявить хотя бы пустяковую заботу. Но я не обижаюсь на них, ведь это мои самые близкие.
Сегодня в какой-то момент я находилась в полудрёме. Помню, что звала кого-то. Но мой разум, не смотря на общий недуг, подсказывал мне, что зови — не зови никто не придёт. Я очнулась, собрала все силы, которые во мне ещё остались, и встала с постели и вышла на кухню. Заварила себе зелёный чай, положила три чайных ложечки малинового варенья и несколько сушёных листиков мяты. Размешивая в кружке лечебное зелье, я вернулась в комнату, подошла к окну и отодвинула тяжёлые тёмно-фиолетовые занавеси с большими кисточками. Несмотря на то, что на дворе февраль, а за окном шёл снег и было холодно, я настежь распахнула окно своей спальни.
Мелкие снежинки и холодный ветер ударили мне в лицо нежным шлепком словно зимушка, улыбаясь, сказала: «Эй, девушка! Что ты делаешь?»
Через силу я подняла глаза, посмотрела на серое небо и улыбнулась. Меня окружал весь мир! Целая Вселенная, в которой живешь ты в моих воспоминаниях, а я твоя планета Венера… Значит я не одинока…
Знаешь, я сегодня поняла одну очень простую вещью. Любовь — единственная сила, умеющая вытаскивать человека из пучины этого мусора жизненной рутины, и пусть ты сегодня только в моих воспоминаниях, но это ненадолго. Я найду тебя и посмотрю в твои глаза, чтобы коснуться твоей души. Я не привыкла сдаваться. Возможно, ты скажешь, что я сошла с ума, но это лучше, чем жить с ощущением пустоты на душе. Ведь самый бедный и несчастный человек — это человек, живущий, словно по часам и с осознанием того, что сегодня надо прожить так как, этого требует время,а не так как этого требует душа.
ВТОРНИК.
21 ФЕВРАЛЯ 2017 ГОДА.
ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ.
© ИСКАНДЕР МУРАТОВ.

ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ. ХРОНИКА. ТРЕТИЙ ДЕНЬ «РОЛЕВЫЕ ИГРЫ».

ДЕНЬ ТРЕТИЙ
«РОЛЕВЫЕ ИГРЫ»
— Доброе утро! Как ты? Я сегодня пораньше.
— Что — то случилось?
— Откровенно говоря, на протяжении некоторого времени у нас с Сашей нет близости. Как бы точнее сказать? Она есть, но не так часто как хотелось бы. Всё происходит быстро, почти на автомате и без особой страсти. Меня это стало тяготить. Ведь нам чуть-чуть за сорок и за двенадцать лет совместного проживания в браке, такое случилось с нами впервые. И это если даже не приговор, то по сути это ещё не ранний законченный маршрут. Я решила, что со сложившейся ситуацией нужно что-то делать и в первую очередь обратилась за советом к гуглу. Я долго думала и сомневалась как правильно задать вопрос в поисковике, для того чтобы получить исчерпывающий ответ на свой животрепещущий вопрос. После нескольких минут сомнений я так и написала: «Я не интересую мужа в постели». Молниеносно всезнающий гугл выдал мне ответы в несколько сотен миллионов ссылок. Я перечитала кучу статей, которые содержали в себе ответы на вопросы: «Как сохранить семью?», «Вы не интересны мужу?», «Приговор за сорок?» и бла — бла -бла… В итоге я пришла к мнению, что решение проблемы сводится к откровенному диалогу между супругами или же, как говорят семейные психологи: «Нужно приукрасить интимную жизнь. Способов – особо не разгуляться, но есть один очень действенный – ролевые игры. Забавно было читать про всё это. Мне с моей миниатюрной фигурой и ростом метр шестьдесят семь, женщине, которая до последнего времени в сексе не знала никаких проблем. Вся полученная информация вызвала во мне лёгкое удивление и смех. Начитавшись восторженных комментариев и всё-таки не желая идти на поводу у современности, я решила обратиться за советом к своей подруге Леночке. Я очень надеялась, что хотя бы скромная преподаватель истории Мира, бальзаковского возраста, порядочная и очень строгая даст дельный совет и скажет: «Делать тебе нечего, Венера! Всё у вас будет хорошо. Такое со всеми случается. Может у Саши период такой. Но Елена Николаевна ничего подобного не сказала, напротив, отбросив свою буржуазность ляпнула так ляпнула: «Ой, если честно, Венера, ничего особенного в этом нет. Мы со Славиком тоже нет-нет практикуем ролевые игры. Ему особенно нравится быть моим пациентом. Я надеваю халатик медсестры, колпачок с маленьким вышитым красным зайчиком «PLAYBOY» на лбу и начинаю «лечить больного». Или ещё, знаешь, крашусь очень ярко, вызывающе. Ну, там, ярко-красная помада на губах, «smoky eyes», собираю волосы в высокий конский хвост, надеваю чулочки в мелкую сеточку на поясе, кружевное бельё, сверху очень тонкий шёлковый пеньюар, дополняю образ туфлями на высоких каблуках и… Мадам путана к вашим услугам, Станислав. Он теряет дар речи. Всё в ажуре». От рассказа моей подруги я находилась в лёгком шоке. Надо же, сколько чертей водится в этом тихом омуте! Вот те на-а-а! А ведь я бы ни за что не подумала, что она такая «талантливая». Я спешно поблагодарила Лену за совсем неожиданный совет, нажала кнопку «отбой» на телефоне и хихикнула. Я долго думала, что же мне предпринять, как раззадорить своего постепенно охладевавшего супруга. С того дня прошло несколько дней.
Вчера уже под вечер позвонила моя племянница, которая живёт в Новогиреево и спросила, может ли Настёна сходить с её детьми в кино и остаться у них с ночёвкой. Я согласилась с тем условием, что рано утром она сама привезёт мою дочь в школу. После работы племянница заехала и забрала Настёну к себе. Я осталась наедине со своими шальными мыслями. Недолго думая, я всё-таки решила, что сегодня устрою незабываемый, романтический вечер для нас с супругом. Позвонила Сашеньке и выяснила, что он будет дома часам к десяти вечера. Значит, в моём распоряжении было три часа. Я быстро поставила в духовку курочку, которую предварительно достала из морозилки. Накрыла в зале стол и по всей комнате расставила ароматизированные свечи. Спустилась вниз к соседке, которая работала медсестрой в районной клинике и кое-как под предлогом, что я решила прогенералить всю квартиру вплоть до чистки потолка, я попросила у неё лишний халатик и шапочку. Соседка какое-то время удивлённо смотрела на меня, выпучив свои глаза, но в моей просьбе не отказала. И вот я бегу по лестнице вверх с пакетом в руках, вся такая счастливая в предвкушении перемен и сегодняшнего романтического вечера. Забежав домой, я приняла душ, надела чёрное кружевное бельё, чулки на поясе, сделала яркий макияж, который не делала, наверное, последние лет двадцать. Выгладила халат и накинула его на своё почти обнажённое тело. Затем, подойдя к зеркалу, я надела докторскую шапочку и аккуратно заколола волосы под неё. Сначала увидев своё отражение в зеркале, мне стало смешно, и я снова хихикнула. Видела бы меня моя мама в таком одеянии! Она бы точно упала бы в обморок, а когда пришла в себя сказала бы: «Это что за вид? Тебе за сорок, а ты всё выглядишь полной дурой!» Но мама, слава богу, была в деревне.
Я очень хотела произвести впечатление на Сашу и решила для завершения образа поставить мушку над верхней губой, придавая тем самым своему образу ещё большей сексуальности. Я надула губки, подалась корпусом немного вперёд, ближе к зеркалу. Бинго! «Развратная медсестра готова встречать своего пациента», — сказала я вслух, игриво улыбаясь своему отражению в зеркале. «Ну, Сашенька, будет тебе сегодня Мя-а-а-у-у!» — добавила я, подмигнув правым глазом и закусывая нижнюю губу.
Я посмотрела на часы, время было уже ближе к десяти вечера. Я позвонила мужу, чтобы узнать, где он находится. Саша сказал, что уже на подходе. Я быстренько достала из духовки птицу, поставила на стол, повсюду зажгла свечи. В спальне на нашей кровати и по всему полу я небрежно раскидала лепестки бордовых роз, специально купленных мною заранее. Поправила свой наряд и, облокотившись о стену в коридоре, принялась ждать. Аромат свечей и запах лепестков тут же заполнили собой всю квартиру. Было очень романтично. Саша не заставил себя долго ждать и через пару минут раздался звонок в дверь. Моё сердце стало колотиться с невероятной силой. Ведь такого приёма у меня ещё не было. И вот я открыла дверь, а сама аккуратно встала за ней, чтобы подольше сохранить интригу вечера и сразу не раскрывать подготовленный сюрприз. Саша сделал шаг в квартиру, и ничего не подозревая, с порога стал кричать как всегда: «Настёна! Венера! Я дома». Я медленно закрыла за ним дверь, и нежно поглаживая его по спине, тихо сказала: « Настя осталась сегодня у племянницы, дорогой». Сначала он замер, затем медленно обернулся, и я заметила, как его глаза расширились от удивления. Я подумала, что всё идёт как надо и потихоньку распахнула халатик, обнажив своё тело. Саша сделал шаг назад и у него из рук выпал пакет с продуктами.
— Ты чё? Это что за прикид? – злобно произнёс он. Моё настроение упало, словно стрелка спидометра при резком торможении. – Я голодный как волк, а ты тут маскарад устроила. Давай, лучше удиви меня вкусным ужином, — добавил он, окончательно дожимая стрелку на спидометре.
— Да, конечно, — растеряно ответила я, стягивая колпак с головы. – Иди мой руки и садись за стол.
Саша вошёл в зал и, увидев накрытый стол, повернулся ко мне и, не скрывая своего удивления, спросил:
— Я не понял, что у нас за повод такой сегодня? До нашей годовщины ещё есть время. Что произошло?
В его глазах не было ни радости, ни предвкушения какого-то события, о котором он, возможно, просто забыл. Ничего. Сплошное безразличие. Даже в этот вечер он был таким, каким и был последнее время. Он уже не любит меня. Мы просто существуем в жизни друг друга.
— Слушай, включи свет. На фига свечи на столе? – резко сказал он и сел за стол.
Недолго думая, он принялся за ужин, даже не поинтересовавшись, а ела ли я. Только в перерывах между кусками он посмотрел на меня и сказал:
— Венер, достань, пожалуйста, водки из холодильника. День был просто ужасный. Я очень устал. Я молча встала и принесла ему бутылку с противным содержимым. Поставила бутылку прямо перед ним. Сама же запахнув халат, села на подоконник, отвернувшись от него к огням вечерней Москвы.
Он залпом выпил одну за другой две рюмки и, не говоря ни слова, продолжил уплетать ужин.
Потом мы сидели молча. Он смотрел в телефон. Я в окно. Было совершенно очевидно, что все мои старания были напрасны. Нас не спасти.
Он доел, встал из-за стола и пошёл в спальню. Я всё так же сидела на подоконнике.
— Что за самодеятельность? Ну, Венера, убери всё это барахло отсюда. Я хочу спать. Я же сказал тебе, я устал.
Я молча встала с подоконника, прошла в спальню, стянула простыню вместе с лепестками роз на пол, скомкала её. Достала из шкафа другую, застелила. Задула все свечи, сгребла их все в простыню и выбросила всё к чертям, в мусорную шахту. На этом романтический вечер, полный фантазий и несбывшихся ожиданий закончился.
— Послушай, может Саша действительно был уставший. Может, надо было устроить романтику в другой день? В выходной, например?
— Возможно. Но мне кажется, уж для чего – чего, а для такого дела мужчина должен быть готов всегда. Или я не права? Тем более что я предстала перед ним в ином образе. Дура, думала, он будет в восторге, а я лишний раз просто унизилась перед ним. Да и не правильно всё это наверное. Иногда мы женщины бываем такими глупыми. Готовы на всё ради мужчин, когда многие из них не замечают этого.
— Не стоит обобщать. Мир не совершенен. Возможно, где-то была такая же ситуация, только наоборот. Может и наряду не было, но было мужское внимание без женского желания.
— Может у него есть кто-то на стороне? А? Очевидно же… Он даже не оглядел меня, как это делают все мужчины…
— Очевидность – ещё не значит абсолютная реальность. Не бери в голову, Венера. Всё наладится. Не беги за множеством мнений, это лишь вредит, слушай свое сердце. Отпусти ситуацию. Время любит преподносить ответы. Порой самые неожиданные. Нет, я не защищаю его, я просто хочу сказать, не торопись с выводами, порою поспешность глупа…
— Спасибо тебе… Люблю.
— ….
ВТОРНИК.
7 ФЕВРАЛЯ 2017 ГОДА.
ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ.
© ИСКАНДЕР МУРАТОВ.

ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ. ХРОНИКА. ТВОЁ»Я» И КОТ «АПЕЛЬСИН»-АРИСТОКРАТ ХРЕНОВ.

ДЕНЬ ВТОРОЙ.
ТВОЁ «Я» И КОТ АПЕЛЬСИН – АРИСТОКРАТ ХРЕНОВ.
— Снова я. Прости, беспокою тебя так поздно. Как ты?
Съездила сегодня с Настей в «Ашан», купили продуктов и что самое интересное, я подошла к лотку, в котором лежала огромная замороженная щука, я непроизвольно улыбнулась, а потом даже рассмеялась. Продавец удивился, но никаких вопросов мне не задал. Помнишь, как мы на берегу Волги варили уху? Ты ещё смеялся над тем, что я принесла мокрые прутья. Я тогда надула губы и приуныла от твоего смеха. Я же “девочка” и мне иногда можно делать ошибки, твои слова, между прочим…
После небольшого шопинга я оставила Настю у репетитора по математике, и заехала в кафе. У меня было два свободных часа. Заведение было не большим, уютным, в несколько маленьких столиков. Я заказала чашечку кофе со сливками, бутыль воды без газа и закурила. За окном стеной шёл дождь. Ты знаешь, я уже привыкла к этим московским дождям. Наверное, такого солнышка, которое было над нами тогда, уже не будет. Я пила кофе и думала о нас. Прошло много лет, и я не знаю почему, стала думать о тебе.
Это невозможно объяснить словами, но, тем не менее, мне это приятно. Ты знаешь я счастлива. У меня есть муж, какой бы ни был, он всё равно очень хороший. Ты правильно заметил однажды: Сашка очень заботливый, трудолюбивый и самое главное он настоящий мужчина. Настёна же абсолютная копия своего отца. Даже характером она в Сашу.
В какой-то момент в зрелом возрасте ты понимаешь, как иногда хочется тепла и нежности в объятиях любимого мужчины, где хочется побыть беззащитной, нежной, прижаться как котенок и вдохнуть родной запах его подбородка. Хочется быть той, кому дозволено в его ауре всё. Но сколько бы я не прижималась к мужу в поисках тепла, почему-то мне холодно. Я не чувствую той теплоты, я не чувствую той трепетной атмосферы между нами. Возможно я излишне драматизирую… Прости, но я живой человек, и иногда я тоже иду против своих же принципов.
Конечно, я хочу, чтобы время стёрло из моей памяти всё, что касается нас и наших отношений. Ведь, как известно, время меняет всё. Но в нашем с тобой случае оно бессильно. Нас женщин порой очень сложно понять. Мы вроде бы счастливы, а внутри в душе иногда бывает пустота. Каждый день я делаю селфи на котором я выгляжу вполне счастливой женщиной. Выкладываю это фото в инстаграмм, получаю кучу лайков от друзей и подруг. Но больше всего я хочу, чтобы эти фотографии видел ты. Я не знаю, просматриваешь ли ты их или нет… Когда мы расставались, помнишь, ты сказал: « Венера, жизнь безмятежна и прекрасна. Люби то, что даёт тебе каждый твой новый день». Ты был прав. Не смотря на моралите в личном, в душе я радуюсь каждому дню.
Прости меня за то, что беспокою тебя на этих белых листочках своего дневника. Я ещё много раз буду звать тебя сюда и возможно, когда полностью испишу его, я решусь найти тебя для того, чтобы посмотреть в твои глаза. Положу свою голову тебе на грудь, ты погладишь мои волосы и скажешь, что появившаяся со временем редкая проседь только украшает меня. А может быть, я никогда не вернусь к тебе. И это все останется только в моем дневнике. Все мысли, которые я в нём излагаю, я уверена, приведут меня к правильному решению. Да, я противоречу сама себе. Не сердись. Мне можно. Я же «девотька». И прости мне мой депрессивный настрой. Обещаю, в дальнейшем я постараюсь достать из памяти наши светлые моменты. Ты не беспокойся, мой дневник не большой. Я вырвала из него много листов и оставила только двадцать. Именно столько мне хватит для того, чтобы понять себя и свой внутренний мятеж.
Да, кстати, ты ведь ещё не знаешь. Мы завели кота. Зовут его, только не смейся – Апельсин. Он оранжево-рыжего окраса, круглый, большой и очень наглый. Причём наглый до такой степени, что не боится совершенно никого из домочадцев. Ворует еду со стола, совсем не пьёт молока, а когда я даю ему кошачий сухой корм, он смотрит на меня так, словно хочет сказать: «Хозяйка, ты чё? Совсем с головой не дружишь? Любой уважающий себя кот не станет есть эту химию. Мяца давай! Мя-я-ца-а!» Его важность достигла «уровня — high level» аж зашкаливает. В день рождения Сашки, его коллеги собрались и подарили ему галстук фирмы «Brioni» нежно-персиковой расцветки. Стоит такой долларов двести не меньше. Саша берег его и надевал исключительно по праздникам и никогда не упускал возможности похвастаться ярлычком известного бренда, гордо проговаривая при этом: «Бри-о-о-о-ни-и!» Но галстук недолго радовал собой своего хозяина. С утра Апельсин проснулся в игривом настроении и, оглядев комнату, осторожно запрыгнул на полку, где, словно музейный экспонат был аккуратно сложен этот самый дорогой из галстуков. Ловким движением своей лапки он скинул именно галстук на пол. Кусочек красивой и очень дорогой материи длиной с метр упал на пол и покатился. Такое занятие Апельсину показалось очень увлекательным. Он спрыгнул на пол вслед за галстуком и стал играть с ним, подбрасывая его лапками вверх, заворачиваясь в него. Закончилось это бурное веселье в лотке рыжего чертёнка. Бедный мой Саша! Ты бы видел его глаза, полные грусти, когда он двумя пальцами своей большой руки вытаскивал дорогущую тряпицу персикового цвета оттуда. Апельсин тем временем сидел с невозмутимым видом и намывался после отличной охоты на галстук. Давая тем самым нам понять, что главный в этом доме – это рыжий «Апельсин». Вот и сейчас, когда я пишу тебе эти строки, он сидит на стуле напротив меня и требует внимания. Сначала он просто сидел и смотрел, а сейчас уже мяучит: «Хватит уже изливать душу! Пойдём лучше на кухню. Я хочу «мяцо»!» Аристократ хренов. Пойду-ка я на кухню. Прощаюсь и вернусь к тебе завтра.
До встречи. Люблю, Венера.
— ….
ВТОРНИК.
31 ЯНВАРЯ 2017 ГОДА.
ДНЕВНИК ВЕНЕРЫ.
©ИСКАНДЕР МУРАТОВ.