Море…

Сегодня ранним утром я вышел с Бароном к морю. Оно было неспокойным. Казалось, что ночной шторм еще не утих. Первые лучи солнца пытались пробить тяжелую броню свинцовых туч, которые заслонили собой бескрайнее небо. Кинув Барону теннисный мячик куда-то вдаль, я подошел к морю еще ближе. Его волны тут же коснулись моих ботинок, словно предупреждая, чья это территория. Я улыбнулся, не став спорить с его величием, сделал пару шагов назад и плотнее закутался в шерстяной шарф.
Ветер усиливался. Море продолжало бушевать, шуметь и биться волнами в схватке с кем-то невидимым, доказывая свое превосходство. Как ни странно, на меня это не производило устрашающего впечатления. Наоборот, закрыв глаза, я обратил этот шум в свою безмолвную тишину, растворяясь в ней, чтобы прочувствовать покой внутри себя, услышать сердце и мысленно погрузиться в события, преподнесенные матушкой судьбой. Они, словно кадры из киноленты, то появлялись, то меркли в моем подсознании, заставляя задуматься, заглянуть вглубь происходящего. В каждом из этих моментов я признавал силу судьбы, ее необратимость…Хотя мы, точнее большинство из нас, на протяжении всей жизни пытаемся отвергнуть свой фатализм как меру предначертанности.  Иногда наперекор и отчаянно ищем свою половину, по сумасшедшему любим, находим и теряем, встречаем и прощаем, выигрываем и признаем поражение, да и просто не сдаемся. И это прекрасно! Так должно быть! Самое главное не предаваться одиночеству души. А душа… Она, как море. В ней проплывают корабли, случаются штормы, порой наступает затишье, знаменующее новую бурю – любовь. Впрочем, любовь тоже похожа на море – такое же неразгаданное, необъятное, великое чувство…

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

 

Реклама

МАТЬ

Москва.

День рождения Игоря решили отмечать у него дома. Гостей набралось немного — человек десять. Однокомнатная квартира-«студия» была светлой и очень уютной. Хозяйка дома пышная и шустрая Марина накрыла праздничный стол не хуже чем в ресторане. Было все: начиная от изумительных  домашних солений и заканчивая запеченной уткой с яблоками.

Я уютно устроился за столом рядом с Ксенией  и только все дружно стали поднимать свои бокалы, чтобы выпить за здоровье именинника, как в дверь позвонили. Несмотря на звонок, все подняли бокалы и стали чокаться. Марина извинилась, встала из-за стола и  поспешила открывать дверь. Мы все оглянулись и увидели, что на пороге квартиры стояла ухоженная женщина лет шестидесяти пяти, с аккуратной прической седых волос и неброским макияжем,  довольно скромно, но со вкусом одетая. Судя по тому, что женщины некоторое время вели беседу между собой, стало понятно, что гостья пришла за чем-то очень ей необходимым. Оставив пожилую женщину у двери, Марина подошла к холодильнику, открыла дверцу и стала что-то из него доставать. Гостья же, все это время стояла в дверях и смотрела на нас.

— С днем рождения тебя,  Игорь, — смущаясь, сказала она. Игорь все это время был занят беседой с кем-то из гостей,  но услышав поздравления, обернулся к женщине и сказал:

— Спасибо,  Татьяна Николаевна!  Идемте к столу!

— Благодарю, Игорек. Вы уж тут сами, — робко ответила она. – Мне немножечко кефира нужно было, а в магазин идти поздно уже. Поэтому я вас и потревожила, простите.

В это время один из гостей встал из-за стола, подошел к женщине и не обращая внимания на ее «ой, ну что вы», «да неудобно даже», проводил гостью к столу и усадил рядом с именинником. Марина, закрыв дверцу холодильника, так и осталась стоять, держа в руках  упаковку  кефира. Судя по выражениям лиц хозяев квартиры, было понятно, что визит соседки был, мягко говоря, некстати. Гостья приметила реакцию хозяев, ей стало неловко, и она попыталась ретироваться, но мужчина, усадил ее и стал уговаривать остаться. Он наполнил вином бокал для гостьи и положил на тарелочку салат и бутерброды с икрой и рыбой и немного селедочки с кусочком черного хлеба. Минуту спустя, после неловкой тишины, все снова стали  галдеть и смеяться. Но женщина, ни к чему не притронулась и с легкой улыбкой на губах, стала знакомиться со всеми присутствующими. Марина, вернувшись к столу, представила всем гостью. Это была соседка с верхнего этажа – Татьяна Николаевна. Как-то  само собой, легко и непринужденно завязалась беседа, и соседка с большим удовольствием стала рассказывать о своей семье:

— А вот моя дочь Елизавета, в молодости тоже очень хотела работать в кино, но поступила на экономический факультет. Мы с моим покойным мужем, собрав последние силы и потуже подпоясавшись, оплатили ее обучение в магистратуре в Норвегии.  Она,  кстати, там и живет сейчас. Вышла замуж и родила мне двух замечательных внучек. Старшая уже совсем взрослая. Она поступила в институт и учится на архитектора. Младшая ее догоняет, — с нескрываемым восхищением рассказывала Татьяна Николаевна.

Как только соседка закончила свой рассказ, кто-то из гостей предложил опустошить бокалы за здоровье внучек и все, дружно чокаясь, выпили за прекрасный тост. Она аккуратно пригубила рюмку, но пить не стала. Потом она рассказывала нам разные забавные истории из своей жизни. Оказалось, что  в прошлом она была учителем русского языка и литературы. Со своим будущим супругом они познакомились в институте. Александр Григорьевич,  так звали ее мужа,  чтобы покорить сердце возлюбленной,  купил однажды тысячу с лишним роз. В советское время цена этих цветов была копеечной, но вот сам поступок был весьма благородным. А ещё она рассказала о том, как однажды она вместе со своей дочерью и супругом ехали на «Москвиче» и попали в ДТП. На дорогу от сильного урагана упало огромное дерево. Татьяна Николаевна прикрыла своей спиной трехлетнюю Лизавету, а толстая ветка, которая пробила окно автомобиля от столкновения, сильно повредила женщине предплечье. Не отреагируй  она вовремя, то последствия могли быть более трагичными.

— Ну а что? На мне всё зажило, как на собаке. Зато Лизонька цела и невредима осталась, — рассказывала Татьяна Николаевна. Все слушали ее с замиранием сердца и восхищались ее материнским инстинктом.

— Почему же вы совсем ничего не кушаете? — спросила одна из гостей.

— Ой, я не голодна. Я совсем недавно поела у себя. Мне кефир нужен был. Я им с вечера  гречку замачиваю, чтобы с утра поесть. Я посижу тут с вами немного. Ведь не каждый день встретишь таких веселых, молодых людей. Современный мир настолько быстро меняется, что порой за вами очень сложно угнаться. Я посижу просто вас послушаю, — стесняясь, ответила она.

Мы снова подняли бокалы, и выпили вина за здоровье близких  нашей новой знакомой, а она лишь мягко улыбаясь, молча смотрела на нас. Посидев ещё немного, Татьяна Николаевна, видимо не желая злоупотреблять гостеприимством своих соседей, потихоньку встала из-за стола, взяла у Марины начатую упаковку кефира, и, попрощавшись, тихо ушла. Еда на тарелке осталась так и не тронутой, а рюмка не выпитой.

— Хорошая женщина. И дочь, наверное, достойную воспитала, — после нескольких минут молчания произнес один из гостей.

— Да, Татьяна Николаевна хороший человек и бесконечно гордится своей дочерью. Ну что тут поделаешь? Мать есть мать, и какой бы бессердечной не была ее дочь, она все равно остается для нее самым близким и родным человеком, — неожиданно для всех сделала заключение Марина. Все замолчали, кто-то стал  переглядываться между собой.

— То есть как? Марин, почему бессердечная? – удивленно спросила Ксения.

— А потому! Потому что забыла, что  у нее есть мать!  Совсем не проведывает ее. Ничем не помогает ни словом, ни делом! В прошлом году зимой в слякоть Татьяна Николаевна упала и сломала руку. Дело было вечером, никого поблизости не оказалось, и бедная женщина пролежала на льду  больше часа, издавая глухие стоны. Хорошо сосед возвращался с работы и заметил ее. Одним словом, повезли мы старушку в больницу. Сделали рентген, и выяснилось, что локтевая кость очень сильно повреждена, чуть ли не вся раздроблена. Необходимо было что — то ставить искусственное, требовалось восемьдесят тысяч рублей. Вы представляете? Восемьдесят  тысяч! У нее самой таких денег, разумеется, не было. Страховая компания предоставила кое — какую сумму, но все равно не хватало почти половины. Мы стали звонить ее дочери, мол твоя мать упала, сломала руку, приезжай… А та коза, сослалась на отсутствие времени и выслала какие-то копейки, подумать только!  Одним словом собрали большую часть денег среди соседей и прооперировали бедную Татьяну Николаевну. Пролежала она в больнице больше месяца, но рука восстановилась. Помимо этого каждый день, наш дворник… Как его звали, Игорь? – сказала Марина, обращаясь к своему супругу.

— Порфирич, — отшутился Игорь.

— Не, ну я серьезно, Игорь. Это ты к нему так обращался. А как его настоящее имя-то?

— Рамиль его зовут, дорогая. Р-а-а-миль,  — ответил Игорь.

— Да, Рамиль. Так вот этот Рамиль каждый день заходил к соседям и напоминал, чья сегодня очередь  передавать кастрюльку с едой через него для Татьяны Николаевны в больницу.

— Что, влюблен он был в нее что ли? А лет — то ему сколько? – спросил один из гостей улыбаясь.

— Да нет, конечно. Причем здесь это? Тоже мне ты… Рамиль  – человек семейный. Просто человечный и сердобольный. Николаевна с утра, когда тепло выходила и на скамейке у подъезда сидела. Ну, а Рамиль подметает двор с утра и до обеда, вот они и познакомились, подружились. Затем дворник стал приводить свою дочь к Татьяне Николаевне, чтобы та подтянула ее по русскому языку, — ответил Игорь.

— Ну, значит, квартира ему нужна. Сейчас аферистов таких полно, — добавила Ксения.

— Ага, обхаживают вот таких старушек, заботой окружают, а цель-то одна, — сказал Дмитрий, вилкой ковыряясь в своей тарелке.

— Уф! Не нужна ему ее квартира. Он через месяц после всех событий переехал в Уфу со всей своей семьёй. Нормально у него все. Говорю же вам, просто человек он такой. Видел, что старушка одна вот и помогал. Мы ведь все люди. Бо-о-же! Вот так и живем! Мы до такой степени одичали, что уже не верим в добрые дела простых людей! — сказал Игорь чуть нервничая.

— Ну а болеть на старости лет, да и еще в одиночестве – упаси Господь! – подытожила Марина. На этом разговор про Татьяну Николаевну закончился. Мы все помолчали каждый о своем и, погостив еще, наверное, часа два, поблагодарив радушных хозяев дома, стали расходиться по домам.

С того дня прошло больше полгода. В один из дней я заехал по делам за Игорем. Припарковавшись во дворе, неподалеку от его подъезда, я заглушил мотор, вышел из машины и присел на скамейку перекурить. Вдруг дверь подъезда открылась и на улицу вышла та самая Татьяна Николаевна. Я затушил сигарету и поздоровался. Она посмотрела на меня с интересом, как смотрят пожилые люди на незнакомых людей, и, улыбнувшись, поприветствовала меня в ответ. Сделав несколько шагов, она присела на скамейку рядом со мной. Меня она не вспомнила.

— А вы, молодой человек, к кому? – поинтересовалась она.

— Я жду Игоря. Мы работаем вместе. Он должен скоро спуститься. А я вот  решил подышать свежим воздухом,  — ответил я.

— Ясно. Игорь очень хороший человек. Я уверена, когда-нибудь он станет великим режиссером. Кстати, моя дочь тоже в свое время мечтала стать работником кино, но закончила экономический. Она живет в Норвегии. У меня две внучки, взрослые уже.

— Ого! Да вы счастливый человек! – восторженно произнес я, несмотря на то, что уже слышал эту историю тогда, на дне рождения Игоря.

— Даже очень! – мягко улыбаясь, ответила Татьяна Николаевна. – Вот, посмотрите на них, — покопавшись в телефоне и найдя нужный снимок, сказала она, протягивая мне свой старенький  аппарат. На фотографии в обнимку стояли две девушки и молодая женщина средних лет в красивых вечерних платьях. Фото было подписано, видимо  в графическом редакторе: «Для бабули».

— Правда, красивые? – с нескрываемой гордостью спросила она меня, убирая свой телефон в карман кофты.

— Бесспорно, — улыбнувшись, ответил я. В это время открылась дверь,  из подъезда вышел Игорь и поздоровался со своей соседкой.

— На работу, Игорек? – спросила она.

— Да, Татьяна Николаевна, как обычно, — ответил Игорь.

— Всего вам доброго, — сказал я и вместе с Игорем направился к машине.

— Храни вас Господь, — тихо сказала Татьяна Николаевна.

— Спасибо. Здоровья вам!  — ответил я поворачивая голову в ее сторону.

Как только мы уселись, я спросил у своего товарища:

 

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

 

Рыжик — джентльмен!

Год назад, у соседа по даче, я заметил двух котят – рыжего и черного. Как потом выяснилось, рыжим был мальчик, а черненькой – девочка. В течение года я видел пару раз только «Рыжего», который отчаянно гонялся за воробьями. За год он заметно вырос и возмужал, наев приличные бока, а кошечка осталась такой же черной и стройной, как год назад.
А сегодня передо мной развернулась милейшая картина. Пока я сидел на веранде, наслаждаясь яичницей с сосисками, этих мурлык занесло в мой двор. Совсем не стесняясь, они начали нежиться друг с другом неподалеку от меня. «Черненькая» игриво полизывала своему рыжему нахалу то ушко, то брюшко, он же, лежа на спине с довольной мордочкой, издавал в ответ «котярские мур-мурки». Гармония – не иначе.

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

 

 

 

Малыш Бобби из Бронкса.

В прачечную на Кингсленд-стрит в Бронксе зашла пара: мужчина на вид лет тридцати пяти и женщина примерно того же возраста. Они молча прошли к стиральным машинам, загрузили вещи в бак и присели на скамейку в ожидании. Тишину прачечной нарушила женщина:

— Стив, нам нужно поговорить, — в ее голосе чувствовалась наигранная твердость.

— О Боже, только не сегодня, — вздохнул мужчина. – Я даже догадываюсь, о чем будет разговор. Любимая, мы же решили, что нам пока рано…

— Дети не могут быть «ранними» или «своевременными», — перебила она его. – Я созрела, чтобы стать матерью. Почему же ты так противишься этому?

— Потому что, мы еще не готовы! У нас даже нет своей стиральной машинки, мы до сих ходим в прачечную. Я уж не говорю о собственном доме.

Мужчина замолчал и уткнулся в свой мобильный. По лицу женщины было заметно, что она пребывает в отчаянии. В нескольких метрах от них сидел старый темнокожий мужчина. Его лицо скрывали козырек кепки и солнцезащитные очки. Казалось, что он мирно дремлет в ожидании, когда машина достирает белье. Неожиданно старик поднял голову, снял кепку, очки и обратился к паре:

— Я согласен с ней, — он кивнул в сторону женщины. – Пришло то время, когда если не сейчас, то завтра будет поздно. Ваш малыш уже заждался вас.

— Что? – мужчина неохотно отвлекся от мобильного.

— Есть такое чувство, что там, где планируются дети, — показал он указательным пальцем вверх, —  есть огромная комната, в которой они мирно дожидаются «своего часа». А ваш малыш уже засиделся. Вы даже не представляете себе, сколько лишних лет он провел там, наблюдая, как его сверстников с нетерпением забирают мамы. Поверьте, все блага придут вместе с появлением малыша!

— Что за чушь ты несешь? – мужчина сорвался на крик. – Мы сами знаем, когда нам обзаводится детьми.

— Уж вы здесь точно не причем, —  проговорил старик. – Всего доброго!

 

Спустя три года…

 

Бриджит стояла у своего дома, держа на руках кудрявого малыша около двух лет. Он забавно морщился от солнца и активно махал рукой вслед отъезжающей машине. Это был своеобразный обычай – каждый день около девяти утра Бриджит с сыном провожали на работу мужа. Как только машина скрылась за поворотом, Бриджит заметила через дорогу темнокожего старика – того самого, что три года назад встретился ей в прачечной. Она поспешила навстречу  пожилому мужчине, прижимая к груди ребенка. (Отрывок)

 

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

 

 

 

Вечная любовь

В одном из мясных прилавков Симферопольского рынка…

С утра у мясных прилавков Симферопольского рынка всегда многолюдно. Каждый спешит отхватить кусочек получше, чтобы приготовить из него ароматную шурпу или тающие во рту отбивные.
— Мне говяжью вырезку, — сказал я и еще раз оглянул лавку с аппетитными кусками говядины, баранины и других мясных продуктов.
— Минутку молодой человек, обслужу Зульфию-ханум, а после вас, — приветливо улыбнулся мясник.
— Да, конечно, — немного отойдя в сторону, я увидел рядом с собой пожилую женщину лет примерно семидесяти. Она была одета в красивое платье и туфли на среднем каблучке с брошкой. Ее жгуче-черные кудри наполовину скрывала элегантная шляпка. От женщины исходила живая энергия, в которой ощущалось тепло. А еще у нее были потрясающе красивые зеленые глаза и нежная неуверенная улыбка. Пока я краем глаза рассматривал незнакомку, мясник аккуратно, с особым трепетом, отрезал ленту из бараньих ребрышек и завернул их в пакет.
— Возьмите Зульфия-ханум, пусть ваша шурпа будет очень вкусной! – произнес мясник, положив руку себе на грудь.
Женщина взяла мясо и, еще раз одарив мясника улыбкой, неспешно последовала вдоль ряда.
— Так, значит, вам вырезку? – переспросил мясник.
— Да, — кивнул я не отрывая взгляда от этой дамы. — Надо же, как говорится, иногда старость бессильна перед красивыми людьми, сколько бы им не было лет… — сказал я.
— Вы о Зульфие-ханум? – мясник ловко отрезал кусок мяса. – Она – иранка. В наши края ее род переехал еще при Царе. К сожалению, Зульфия-ханум – глухонемая и одинокая. У нее нет детей.
— Правда? – мне было сложно поверить, что у такой красивой женщины есть врожденный дефект.
— Да, — продолжил мясник, заворачивая мясо в пакет. – Пару раз в неделю она приходит сюда, и я даю ей бараньи ребрышки для шурпы. В любое время для нее у меня найдется самое лучшее мясо. Эту традицию завел наш дед, потом отец, теперь я.
— Сколько же ей лет тогда?

 

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

Charleston  или моя первая «лубофф».

 

 

Середина 90-х

 

Впервые я решил, что влюбился еще в седьмом классе. Ее звали Света. Она была прекрасна. Помню, как не тратил деньги, которые родители давали мне в школу, а покупал на них дорогущие по тем временам жвачки «Love is» и передавал ей через одноклассника – пончика Федю. С ним Света танцевала в  школьном кружке танцев модный танец «Charleston». Передавать жвачки «через знакомых», как мне казалось, было очень по-взрослому. Хотя, правда в том, что мне не хватало смелости подойти самому. Я робел перед ней.

Мои попытки проводить ее после школы претерпевали фиаско – каждый раз я получал жесткий отпор. А когда звонил ей домой, она передавала трубку старшему брату, который отвечал мне безостановочной пулеметной очередью нецензурной брани. Вы не представляете, как я мучился в те далекие юношеские годы!

На «совещании» с Федей и другими моими друзьями мы решили, что мне нужно выучить «Charleston» так, чтобы ошеломить Свету и завоевать ее неприступное сердце. Для репетиций мы выбрали небольшой участок сзади школы. Там до позднего вечера вместе с  Федей я разучивал этот нелегкий танец. Если бы вы видели это, то тряслись бы от смеха. Поначалу мне все давалось тяжело. Но, на что мужчины только не готовы, чтобы завоевать сердце дамы! Спустя месяц после тщательных, как нам казалось, тренировок было решено, что я готов.

На следующий день, после финальной репетиции с Федей, на занятиях танцев я вышел к Свете прямо на школьную сцену. Они готовились к какому-то выступлению. Музыка играла громко. Немедля, я взял ее за талию и потащил танцевать. Сначала она насторожилась, но заметив, как на нас смотрят люди, заулыбалась. Казалось, весь мир замер. Мы танцевали в унисон, будто были парой всю жизнь. Даже когда музыка закончилась, мы все еще продолжали кружиться в танце. И только после того как мы полностью остановились, я заметил, что она изменилась в лице —  стала по-прежнему хмурой.  Я не выдержал и спросил, почему она  такая злая?

— А какой мне еще быть? На! Вот все твои жвачки! Бери и жуй их сам! — резко ответила она, доставая из ранца, который лежал на полу недалеко от сцены, пресловутый пакетик. — Забирай! И вообще, за мной ухаживает Игорь из соседней школы. Ты что, не знал?

— Н-нет, — промямлил я.

— Ну, так знай! Досвидос! Хм… тоже мне Казанова, нашел, чем девушку завоевывать! — сказала она и, развернувшись на сто восемьдесят градусов, уплыла от меня красивой походкой.

Я стоял в ступоре. Весь зал затаил дыхание, а одна из старшеклассниц даже прикрыла рот рукой, будто увидела нечто до боли драматичное. Вдруг все начали громко аплодировать, а кто-то даже засвистел. Мне оставалось лишь улыбнуться, поблагодарить всех и сойти со сцены. В сторонке  я решил открыть пакет с жвачками, который показался мне странным. Засунув руку, я вытащил жвачки, но не «Love is», а «Ну, Погоди!» — жесткие как камень. Злость накрыла меня, я  подбежал к Феде, который начал ретироваться, и с размаху ударил его по голове этим пакетом. Удар был несильным, но все же заставил его подпрыгнуть, потирая ушибленное место.

 

 

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.

 

 

 

 

«ЧТО НАС НЕ ЖДЕТ? ЛИШЬ ВРЕМЯ…»

 

 

Пару месяцев назад,  рано утром прогуливаясь с Бароном по берегу, я встретил свою знакомую Владу. Она шла  в компании незнакомого мне мужчины среднего возраста, моложе ее самой лет, наверное, на десять.

— Привет! — широко улыбаясь, сказала она.

— Доброе утро! — ответил я им обоим.

— Познакомьтесь, это Сереженька! Он из Питера. Приехал отдыхать в наши края, зашел к нам в пекарню и все! Остался в моем сердце навсегда. Это я, как и вы, излагаю вашим языком! – ласково положив голову на плечо своего кавалера, шутливо проговорила она.

— Рад знакомству! Сергей, — протягивая руку, представился мужчина.

— Взаимно, — ответил я, пожимая его руку в ответ.

— Хочу Сереже показать рассвет с нашего холма, — добавила Влада. — А вы как всегда в такую рань прогуливаетесь по берегу с Баронищем?

— Ну да. А как же без него, — скромно ответил я, глядя на белоснежного алабая, играющего, как обычно, с теннисным мячиком вокруг нас.

— Ну, мы пошли, а то не успеем. Заходите через пару часов. Хлебушек будет как всегда горячий и вкусный, но сегодня испеченный с особой нежностью и любовью, — сказала Влада, удаляясь от меня вместе с молодым человеком.

— Обязательно зайду! — ответил я, с улыбкой  провожая их взглядом. Влада выглядела счастливой. Внутреннее состояние блаженства скрыть очень сложно. Первыми его выдают глаза, взгляд. Я смотрел им в след и в душе искренне радовался за нее, ведь нет ничего лучше, когда женщина любит всем сердцем.

А вообще, Влада большая умница. Красивая, в меру упитанная блондинка, едва за сорок, с удивительно красивыми небесно — голубыми глазами. Одна растит дочь-подростка,  работает в прибрежной пекарне. Местные жители говорят, что она с девятнадцати лет печет изумительные булочки, пироги и вкуснейший во всей округе хлеб, и что уже не одно поколение выросло на ее выпечке. Приезжие особенно, очень любят приходить с утра пораньше за свежеиспеченным, ещё теплым багетом, который Влада обязательно отдает покупателю в коричневом бумажном пакете. Румяная и хрустящая корочка багета настолько аппетитно выглядит, что некоторые не сдерживаются и отгрызают кусочек уже прямо на улице.

С момента нашей последней встречи прошло некоторое время. И вот сегодня, прогуливаясь как обычно, на рассвете по берегу, в дали я заметил знакомый женский силуэт. Я удивился, ведь время было раннее, и солнце только-только поднималось и лениво кидало свои первые лучи на землю и на водную гладь. Подойдя поближе, я понял, что это была Влада. Она сидела на большом валуне, поджав ноги под себя. На ней было только легкое платье и белые шелковые перчатки до локтей. Рядом были разбросаны элегантные туфли цвета перламутра на высокой шпильке. Влада безмолвно смотрела вдаль. Казалось, что прохладное сентябрьское утро не берет ее никакими пронизывающими ветрами. Первым до Влады добежал Барон. Почуяв знакомый запах, он стал игриво вилять хвостом, подпрыгивать и облизывать ее руки. Она несколько минут сидела молча, наблюдая за собакой, а потом, по-дружески похлопывая Барона по спине обняла его. Я подошел к ней и, сняв с себя легкую куртку, заботливо набросил Владе на плечи.

— Боже мой! Влада! Что вы тут делаете в такую рань? Да так и простудиться не долго! Ведь на вас такое лёгкое платье! – сказал я, поправляя на ее плечах свою куртку, давая  возможность укутаться в нее по уютнее.

— Спасибо вам, — растерянно сказала она. —  Он ушел!  — добавила Влада, поднимая на меня свои красивые глаза, полные слёз.

— Кто ушел?  Что случилось?

— Сергей! Он ушел, сказав: «Прости, но мы не пара». Вот так вот ничего не объясняя и без причины. Я не понимаю в чем дело. Я все делала для него. Все! Глупая женщина! Накануне я не обратила внимания на его слова.

— А что он сказал? Что-то особенное? – спросил я.

— Он сказал, что у меня красивые морщины и что они украшают моё лицо. Вот я дура! Почему же я тогда не придала значения его словам? Он ведь явно давал мне понять, что я слишком старая для него. Возможно, я бы смогла как —  то предотвратить его уход. Господи! Какая же я глупая! Ну почему? Почему мне так не везет с мужчинами, а? – говорила она и слова ее были полны досады и отчаяния.

Я стоял как вкопанный молча, слушал то, что говорила Влада, и  смотрел на солнце, на его восходящие лучи, которые освещали ярким светом морскую гладь, отдавая блеском волн. Мне нужно было что-то сказать, как-то успокоить Владу, ведь что может быть хуже сломленной женской души. Самое больное для меня это видеть, как плачут женщины и дети. Помолчав еще немного, я сказал:

— Влада, а вы знаете, что абсолютно не правы сейчас. Вы самая счастливая женщина. Хотите знать почему?

Она подняла на меня свои небесно-голубые глаза, посмотрела с недоверием, которое через мгновенье сменилось удивлением, и сказала:

— Да? Ни за чтобы не подумала, что именно так выглядит самая счастливая женщина, которая как дура с утра пораньше сидит и хнычет, глядя на море. Ну и почему же?

— Влада, ваши морщины и впрямь самые красивые. Они отражение вашей души. Сергей был прав. Чертовски прав! И это никак не банальность. Понимаете, я не мерю счастье молодостью, красотой, богатством или чем – то еще. Не имеет значения, сколько вам лет, важно то, как вы прожили свою жизнь и как живете сегодня. Вот именно это для меня и есть мерило счастья. Смотрите, у вашего ларька стоит большая корзина с хлебом, багетами и другой выпечкой, которую каждый нуждающийся может взять, не заплатив ни рубля. Есть люди, которые делают добрые дела «ради галочки», а есть такие, кто делает это от души. Это две большие разницы. Ваша лавка открыта для всех – и для тех, кто имеет деньги, и для тех, у кого такой возможности нет. Это значит, что вы и ваши сотрудники делаете добро всем, вне зависимости от статуса и положения. Всем кто в этом нуждается. Так?

— Ну-у …

— Так вот, не каждому дано, так, как вам делать добро людям и заставлять их улыбаться. И не каждый человек искренне способен на подобные поступки. Да что там говорить! Вот прямо сейчас обратитесь к кому-нибудь с просьбой или за помощью – вас навряд ли поймут. Осудят, осмеют, «закусают» и выскажут ещё целую мораль. Хотя ничего плохого вы не хотели и не делали. Вы просто обратились за помощью. Разумеется, не все люди одинаковы. Есть и те, которые отзовутся на вашу просьбу, бескорыстно, как вы.  Но их мало. Кстати, — продолжил я, — на днях я разговаривал с нашим соседом и вашим постоянным клиентом Маратом – отцом Богдана, который сейчас учится в Канаде. Он как раз разговаривал с сыном по телефону. Я попросил Марата не заканчивать разговор с сыном и передать трубку мне, чтобы я мог поздороваться с ним. Я поговорил с Богданом, и между делом  спросил его, не скучает ли он по родным и когда планирует возвращаться домой. И знаете, что он мне ответил?

— Нет,  — растерянно, сквозь легкую улыбку сказала Влада.

— Он сказал, что во всём Торонто нет такого вкусного хлеба, как у тети Влады. Вы только подумайте! Человек находится на другом континенте, за тысячи километров и скучает по хлебу из вашей пекарни. Видите, если вас не ценит один человек, это не значит, что все остальные будут относиться к вам так же.

— Богданчик такой умный мальчик. Помню его еще совсем крохой, — сказала Влада. – Надо же, я и подумать не могла, что моя выпечка для него имеет такое значение.

— Влада, снимите пожалуйста свои перчатки, — внезапно попросил я , — покажите мне свои руки.

Она удивленно посмотрела на меня, но сняла перчатки и протянула мне свои руки. Я взял ее руки в свои, посмотрел сначала на ее ладони, потом на тыльную сторону. Владе стало неудобно за свои неухоженные, жилистые руки, без маникюра. Она немного потянула руки к себе и сказала:

— Пожалуйста, не обращайте внимания на мои руки. Я же в основном вожусь с тестом и очень редко делаю маникюр.

—  У вас очень красивые руки. Ваш маникюр – это ваша доброта.

— Смешно, но приятно, — глядя мне в глаза, улыбаясь, сказала она.

— Вставайте! – задорно сказал я. – Не сидите на холоде. Поднимайтесь и идите открывать свою лавку. Не забывайте, что уже с утра к вам придут ваши постоянные клиенты, люди с округи, старики, дети, которые будут идти и уже мысленно ощущать аромат свежей выпечки. Пора радовать своих посетителей! Поверьте, если кто-то уходит от вас, громко хлопая дверью, это не значит, что за ней пустота. Кстати, вы для чего так нарядилась в такую рань-то?

— Я подумала, если вдруг Сергей передумает и вернется, а дома меня не найдет, он может вспомнить о том, что рано утром я могу быть на этом месте. Мы гуляли с ним здесь иногда по утрам. Раскинув мыслями я решила, что он придет меня искать, а я тут. Сижу наряженная и жду…

— Всё-таки вы – женщины – удивительные создания, — ухмыльнулся я. – Он бы так не подумал, а наоборот заподозрил бы вас в неверности, что вы сидите здесь нарядная после свидания. Влада, все люди размышляют по – разному и в наше время вера – очень ценное, редкое качество. У меня к вам просьба, вы можете сегодня не надевать свой халат продавца и продавать сегодня весь день хлеб в своем красивом платье, которое сейчас на вас и в этих очень красивых перчатках, поправьте макияж после слез…

 

 

Отрывок из книги «И МОРЕ СОСТОИТ ИЗ КАПЕЛЬ…»

      Уважаемый читатель! Если вам понравилась  эта повесть, либо книга,  вы можете ее приобрести на официальном сайте электронной библиотеки, через окно «Магазин». Выражаю безмерную благодарность за проявленный интерес к моим скромным текстам.

С уважением,

© Искандер Муратов.